Социально-экономическое развитие ТАССР в 1920-1930 гг.

Экономика. В первый же год существования молодая республика столкнулась с ужасающим бедствием – голодом 1920-1921 гг. Наиболее серьезно от него пострадала татарская часть населения, менее развитая в экономическом отношении. В период между переписями 1920 и 1926 гг. доля татар в национальном составе населения республики уменьшилась с 55% до 51,8%, в то время, как доля русского населения возросла с 36,7% до 39,5%, а доля прочих национальностей увеличилась с 8,3% до 8,7%. Основными причинами столь тяжких последствий являлись экономическая отсталость, по сравнению с русским, татарского крестьянства, меньшее развитие у него садоводства, огородничества, травосеяния, относительно слабое развитие у татар наиболее рентабельных культур - пшеницы, льна, конопли, картофеля, гречихи и подсолнуха, удаленность татарских селений от шоссейных, речных, железнодорожных путей сообщения, а также городских рынков сбыта. Одной из косвенных причин стало также преобладание татар в составе сельского населения республики. По переписи 1920 г. удельный вес татар в сельском населении составлял 54,%, тогда как русских – 37,6%, представителей национальных меньшинств – 8,3%. В городах автономии, наоборот, количественно преобладало русское население, процент которого по отдельным городам колебался от 54,6% до 99,5%. В городском населении удельный вес татар составлял лишь 17%, удельный же вес русского населения - 77%.

С переходом к НЭПу экономика ТАССР стала быстро восстанавливаться после долгих лет войн, разрухи и социальных экспериментов. Уже в течение 1925/1926 хозяйственного года народное хозяйство республики во всех его основных отраслях достигло или близко подошло к довоенному уровню. Посевная площадь составила 102% к уровню 1913 г., валовой сбор хлебов – 79%, валовая продукция крупной промышленности – 90%. Реконструкция старых предприятий, обновление оборудования, введение режима строжайшей экономии привели к возрастанию объема выпускаемой продукции. В 1924/1925 хозяйственном году валовая продукция (в ценах 1926/1927 гг.) составляла 43 млн. рублей, в 1927/1928 году – 91 млн. рублей. К октябрю 1927 г. промышленность ТАССР полностью достигла довоенного уровня. Еще через год индустрия республики дала прирост валовой продукции на 15%, численность рабочих возросла на 5%, производительность труда - на 9%.

Основой сельскохозяйственного производства ТАССР оставалось полеводство. Посевные площади увеличивались из года в год и в 1929 г. составляли уже около 114% к уровню 1913 г. Положительные сдвиги в развитии аграрного сектора выражались как в изменении соотношения посевных культур в сторону возрастания доли более ценных культур, так и в росте агротехнических мероприятий по улучшению полеводства.

Для 1920-х гг. было характерно и усиленное развитие животноводства. В 1929/1930 г. удельный вес животноводства в валовой продукции сельхозпроизводства поднялся за четыре года с 34% до 40%, а в товарной продукции всего сельского хозяйства составил 60%.

Успехи развития индустриального сектора экономики автономии в 1920-е гг. не изменили ее аграрной направленности, ТАССР оставалась преимущественно сельскохозяйственным регионом. 89% всего населения республики занимались сельским хозяйством, 57% всей валовой продукции автономия получала от сельского хозяйства.

К началу первой пятилетки сельское хозяйство республики характеризовалось низким уровнем развития и невысокой доходностью, значительно отстававшей как от соседних областей, так и средней по РСФСР. В народном хозяйстве ТАССР к концу 1920-х гг. насчитывалось всего 154 трактора. При этом соха продолжала занимать довольно заметное место (16,1%). Валовые сборы продукции полеводства, вопреки росту посевных площадей и повышению техники полеводства, не возрастали. Это было связано с неустойчивостью урожаев вследствие периодически возникающей на значительной части территории республики засухи, невысоким качеством почвы, недостаточной обеспеченностью землей и особой отсталостью техники земледелия в районах Предволжья и Предкамья.

К осени 1929 года Татария относилась к регионам страны с низким уровнем коллективизации (от 0,7% до 4,5%). Сказывались и недостаточная обеспеченность сельского хозяйства орудиями и инвентарем, и небольшое число колхозов и совхозов, и отсутствие квалифицированных кадров. Тем не менее, руководство страны в лице Политбюро ЦК ВКП(б) 5 января 1930 г. принимает постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству», резко сократив сроки завершения коллективизации для Средней Волги – осень 1930 года, крайний срок – весна 1931 года.

Насильственный характер коллективизации, так называемые «перегибы» при раскулачивании, которыми были задеты интересы середняцких хозяйств, соседствовали с изнурительной для крестьянского населения борьбой за выполнение и перевыполнение плана сельскохозяйственных заготовок. Для высвобождения и мобилизации рабочих рук создавались детские ясли и площадки, применялась работа с ночевкой и т.п.

Значительно ухудшило положение села решение Всесоюзного совещания представителей районов сплошной коллективизации, состоявшегося в Москве 11 января 1930 г., о дополнительных заготовках зерна для создания экспортного фонда с целью получения валюты на нужды индустриализации, хотя уже зимой 1930 г. в некоторых районах страны, в частности, на Средней Волге, начался голод. Массово стали проводиться принудительные изъятия хлеба, причем особенно строгие требования предъявлялись к «неурожайным» колхозам. В результате большое количество колхозов оказались в очень тяжелом положении. Год от года увеличивался падеж рабочего скота, который привел к существенному сокращению поголовья скота во многих районах ТАССР.

Как и в целом по стране, победные реляции руководства республики и заявления официальной пропаганды об успехах коллективизации подменяли реальную картину положения села, когда колхозы республики, а точнее многотысячная масса простых колхозников, вчерашних крестьян, лишенных средств труда, работали на пределе своих сил.

К середине 1940-х гг. процесс коллективизации деревни был в основном завершен. К 1945 г. в руках колхозов и совхозов оказалось сосредоточено 99,2% всей посевной площади. Подавляющая масса колхозов обслуживалась машинно-тракторными станциями. Форсированная коллективизация привела сельское хозяйство ТАССР к глубочайшему кризису, чудовищному обнищанию широких слоев населения и голоду в деревне. Резко ухудшилось социально-экономическое положение различных категорий населения, в первую очередь крестьянства, заплатившего за индустриализацию самую высокую цену.

Годы первых пятилеток ознаменовались бурными темпами развития промышленности. Построено и введено в действие большое количество новых предприятий. Среди них - крупнейший в СССР меховой комбинат, мощный завод силикатного кирпича, крупный фанерный завод, авиастроительный завод. Расширены и реконструированы старые фабрики и заводы - кожевенно-обувной комбинат «Спартак», Бондюжский химический завод, значительное количество предприятий пищевой и других отраслей промышленности.

С введением в эксплуатацию большого количества мощных предприятий быстро росло и промышленное производство. К 1940 г. валовая продукция крупной промышленности республики выросла по сравнению с 1913 г. в 12 раз. К этому году производство средств производства достигло 48,8% продукции всей промышленности Татарстана.

По темпам роста на первое место вышли ведущие отрасли – машиностроительная и химическая. Продукция машиностроения и металлообработки к 1940 г. возросла по сравнению с дореволюционным временем в 71 раз, химической промышленности – в 24 раза.

Из отраслей, производящих средства народного потребления, быстро развивалась пищевая, швейная, кожевенная и меховая промышленность, носившие до революции в основном характер кустарного промысла. К 1940 г. валовая продукция легкой промышленности Татарстана увеличилась по сравнению с 1913 г. в 14 раз, пищевой – в 9 раз. Республика производила около половины всей меховой продукции страны, 27% валяной обуви, 32% фетровых изделий и т.д.

Дальнейшее развитие получила энергетическая база. За годы довоенных пятилеток количество вырабатываемой только по системе Казэнерго электроэнергии увеличилось в 17 раз.

Если стоимость основных производственных средств крупной промышленности ТАССР оценивалась в 1927-1928 гг. в 81,1 млн. рублей, то к 1940 г. она составила уже 757,2 млн. рублей. За 25 лет (1920-1945) существования автономии объем валовой продукции крупной промышленности увеличился в 17 раз, количество промышленных предприятий – в 4,1 раза, численность рабочих – в 4,4 раза, основные средства производства – в 13,3 раза и производительность труда – в 3,5 раза.

Таким образом, к концу 1930-х гг. в республике были посроены крупные предприятия тяжелой индустрии, создана материально-техническая база сельского хозяйства. Татарская АССР превратилась в крупнейший центр легкой промышленности Советского Союза.

Общественно-политическое развитие. Пришедшее к власти на волне борьбы с голодом правительство Кашафа Мухтарова пыталось осуществить политику улучшения социально-экономического положения татарского населения и повышения статуса татарского языка путем внедрения его в делопроизводство. Первостепенной задачей стало решение вопросов внедрения татарского языка в делопроизводство, представительства татар в советских учреждениях, о татарских школах, об издании учебников на родном языке. Основу в их реализации заложил Декрет ЦИК и СНК ТАССР от 25 июня 1921 г. о признании татарского языка государственным. Меры по его реализации постепенно дали свои результаты: наблюдалось очень медленное, но систематическое повышение процента татар в составе городского населения, близкое к нормальному процессу процентное соотношение выборных органов, начиная от сельсоветов и волостных, и заканчивая кантонными исполкомами и центральными органами Татарской республики. Шла постепенная реализация татарского языка в низовом советском аппарате, в сельсоветах и волостных исполкомах. Повышалось представительство татар в образовательных и иных учреждениях, на промышленных предприятиях республики. С 1926 по 1936 гг. коренизация центрального аппарата выросла с 18,7% до 38,5%. Среди персонала крупной промышленности республики в 1921 г. татары составляли всего лишь 15,5%, а в 1938 г. - уже 35,2%. В середине 1930-х гг. среди 13 тыс. учителей школ республики половину составляли татары.

В 1920-е гг. увеличился приток татарского населения в Казань. Если в 1920 г. татары составляли всего 21,9 % жителей города, то в 1926 г. — уже 25,7 % (44 тыс. человек). Татарский язык начал применяться в делопроизводстве учреждений. Все основные законы: уголовный, гражданский, уголовно-процессуальный, земельный, трудовой кодексы – были переведены на татарский язык. Процессы в суде с участием татар проводились на татарском языке.

Однако ситуация резко изменилась после поражения лидера татарских коммунистов – М. Султан-Галиева – в противостоянии со Сталиным. Султан-Галиев отстаивал право автономных республик РСФСР на равноправное участие в создаваемом СССР. Поддерживавшие его руководители Татарстана (К.Мухтаров, Б.Мансуров, Г.Енбаев) в 1924 г. были сняты со своих постов и переведены на работу в Москву на незначительные должности. В 1927 г. татарский алфавит путем «сверху» был переведен с арабской графики на «латиницу», что привело к потере огромного пласта многовекового мусульманского культурного наследия.

К концу 1920-х гг. национальная направленность во внутренней политике ТАССР окончательно исчезает в связи с начавшейся коллективизацией. В 1930-х годах татарский язык в административных и судебных учреждениях применялся уже редко. Изучение татарского языка служащими в учреждениях прекратилось. Рост количества татар в учреждениях стабилизировался. 1930-е гг. стали для татарского народа периодом серьезных испытаний. Татарский алфавит был вновь преобразован, на этот раз из «латиницы» в «кириллицу». Это открыло дорогу для дальнейшей ускоренной ассимиляции татарского народа.

1930-е гг. можно охарактеризовать как эпоху широкомасштабных репрессий против национально ориентированной политической элиты и интеллигенции Татарстана. Одной из жертв набиравшей обороты сталинской системы террора стал М.Х. Султан-Галиев, член партии большевиков с июля 1917 г., активный участник Гражданской войны, член коллегии Наркомнаца и ряда других правительственных учреждений. «Дело Султан-Галиева» стало поводом для проведения репрессий среди различных слоев общества в Татарстане.

В конце августа 1937 г. в Казань прибыла комиссия ЦК ВКП(б) во главе с Г.М. Маленковым. Были арестованы сотни партийных, советских работников, директоров предприятий, колхозов и совхозов. Одной из жертв репрессий стал Председатель ТатЦИК Г.Г. Байчурин. 26 июня 1937 г. в Москве как один из «руководителей контрреволюционной пантюркистской организации в Москве и Казани» был арестован Х.З. Габидуллин, председатель СНК ТАССР в 1924-1927 гг. Он был расстрелян 27 сентября 1937 г. В числе репрессированных оказались секретари Татарского обкома партии М.Разумов, А.К. Лепа, Мухаметзянов, председатели СНК республики К.А. Абрамов и А.М. Новоселов.

Репрессии против руководящих кадров ТАССР продолжились и в 1938 году. 9-11 мая 1938 г. по приговору выездной сессии Верховного Суда СССР во главе с прокурором страны И.Матулевичем за три дня были поставлены к стенке более ста человек из политической элиты республики. Со 2 октября по 14 ноября 1938 г. было расстреляно 240 человек.

Необоснованным репрессиям подверглись и выдающиеся представители национальной интеллигенции. 15 февраля 1938 г. были расстреляны Х.Атласов, Р.Яруллин, К.Туйкин, Б.Фаттахов, Ф.Туйкин, Г.Алтынбаев, К.Исхаков, С.Уразманов, З.Фаттахов. Были репрессированы более шестидесяти представителей татарской интеллигенции: ученых, писателей, литературных критиков, драматургов, литературоведов, журналистов, работников редакций и издательств. В числе репрессированных - писатели Х.Туфан, Г.Тулумбайский и другие. Среди расстрелянных и не вернувшихся из заключения были классик татарской литературы Г.Ибрагимов, драматурги: К.Тинчурин, Ф.Бурнаш, писатели: Ш.Усманов, Г.Нигмати, Г.Гали, М.К. Крымов, Ф.Сайфи, Л.Гильми, Мухаметзянов и другие. Татарской культуре был нанесен огромный, невосполнимый урон.

В период проведения коллективизации политическим репрессиям и физическому уничтожению подверглось духовенство. Отношения власти и религии после прихода к власти большевиков никогда не были безоблачными. Хотя, например, в 1920-е гг. руководство ТАССР пыталось использовать часть духовенства при проведении тех или иных государственных мероприятий. С началом коллективизации на духовенство обрушилась полномасштабная волна репрессий. По всей республике закрывались церкви и мечети, здания которых передавались под культурные учреждения (школы, библиотеки, клубы), а также использовались в хозяйственных целях. Огромное количество церквей и мечетей было разрушено. К концу 1930-х гг. религиозные организации на территории Татарстана были практически ликвидированы. Верующие лишились связи с религиозными организациями и официальной религиозной идеологией. Последствия такого разрыва оказались очень плачевными.

Таким образом, в 1920 - 1930-е гг. ТАССР прошла в своем развитии сложный и противоречивый путь. В первые годы своего существования республика вынуждена была преодолевать последствия голода 1920-1921 гг. Относительная либерализация внутренней политики Советского государства в годы НЭПа способствовала проведению руководством автономии ряда мер, направленных на улучшение социально-экономического положения татарского населения, развитие его языка и культуры. Одновременно с 1923 г. происходило быстрое восстановление экономики ТАССР после долгих лет войн, революций и социальных экспериментов. Однако усиление тоталитарных тенденций и последовавший за ним курс руководства страны на индустриализацию и коллективизацию привели в рамках автономии к фактическому сворачиванию национально ориентированной политики, к репрессиям против руководящих кадров, интеллигенции и мусульманского духовенства. Наряду с этим, в 1930-е гг. происходит многократное увеличение промышленного потенциала республики за счет перекачки средств из сельского хозяйства.

 

Источник: Институт истории им. Ш. Марджани АН РТ

 

Последнее обновление: 26 марта 2018, 15:25

Все материалы сайта доступны по лицензии:
Creative Commons Attribution 4.0 International
Яндекс цитирования